Китайские ученые объяснили, как соединение из корня краснокорневищного шалфея (Salvia miltiorrhiza) защищает клетки сердечной мышцы от воспалительной гибели, которая развивается на фоне диабета и ожирения. Это соединение – сальвианоловая кислота B – подавляет молекулярный каскад, который запускает пироптоз – форму клеточной смерти, провоцирующую сильное воспаление. Статья опубликована в журнале Food Science & Nutrition.
Метаболическая кардиомиопатия – одно из самых опасных сердечно-сосудистых осложнений диабета, которое скрыто повышает риск сердечной недостаточности. Патология развивается из-за нарушения энергетического обмена в миокарде и хронического вялотекущего воспаления. В основе этого процесса лежит гибель клеток сердечной мышцы – кардиомиоцитов.
Исследователи из Сямыньского университета и больницы Чангун в Сямэне провели эксперименты на культуре кардиомиоцитов человека. Чтобы сымитировать условия при диабете, клетки помещали в среду с высоким содержанием глюкозы. В таких условиях клетки массово гибли, в них усиливался окислительный стресс и высвобождались провоспалительные молекулы. Когда клетки предварительно обрабатывали сальвианоловой кислотой B, их выживаемость значительно повышалась, а воспалительные и окислительные процессы подавлялись.
Ученые выяснили, что соединение блокирует фермент – матриксную металлопротеиназу 12 (ММП12). Этот фермент запускает сборку клеточного сигнального комплекса, инфламмасомы NLRP3, которая инициирует пироптоз. Биоинформатический анализ и компьютерное моделирование показали, что сальвианоловая кислота B способна эффективно связываться с ММП12 и ингибировать её.
Ключевым стало доказательство роли ММП12. В решающем эксперименте ученые искусственно усилили выработку этого фермента в клетках. В таких условиях защитное действие сальвианоловой кислоты B заметно ослабло, а гибель клеток возобновилась. Это подтверждает, что ММП12 – основная мишень, через которую соединение защищает сердце на клеточном уровне.
Авторы исследования подчеркивают: концентрация вещества в эксперименте значительно превышает ту, которой можно достичь с пищей из-за низкой биодоступности полифенолов. Поэтому работа проясняет молекулярные механизмы, но не служит основанием для прямых диетических рекомендаций. В будущем для доставки соединения в организм могут потребоваться специальные технологии, например наночастицы.